Арарат  - Кристофер Голден

– Его в самом деле звали Ноем? – спросил Уокер.

Отец Корнелиус посмотрел на него обжигающим взглядом.

– Конечно же, нет. Но я не знаю точно, как читается его имя, и времени на догадки у меня нет. Почему бы в таком случае не звать его Ноем, верно? В данном случае речь идет о том, с чего все началось. Многие древние ученые полагали, что в ранние времена по Земле бродили демоны. Например, в «Берешит Рабба»^[9] четвертого века евреи, изучая ранние версии Библии, истолковывали некоторые отрывки так, что Ной якобы взял на борт Ковчега нескольких демонов. Это всего лишь один из многих примеров древних текстов, которые определяют…

– Поверю вам на слово, – перебил его Уокер.

На самом деле он, конечно, не верил во всю эту ерунду, но почему так тревожно заколотилось сердце? Почему он стал ощущать покалывание в задней части шеи? Почему ему вдруг захотелось оказаться где угодно, но только не здесь?

– В том же самом тексте – в «Берешит Рабба» – высказывается мысль о том, что человек существовал по образу и подобию Господа до дней Еноса, но затем мы изменились. Я никогда не был уверен ни в одном из переводов, которые мне встречались. Но есть предположение (впрочем, неясное) о том, что демоны изменили человечество каким-то фундаментальным образом. Здесь напрашивается параллель с мифом о нефилимах, которые, предположительно, родились от союза ангелов и людей. Или падших ангелов и людей.

– Падших ангелов? – переспросила Ким. – В смысле, демонов?

Отец Корнелиус поморщился.

– Богословы никогда с этим не согласятся. Впрочем, для нас это неважно. А важно то, что в тексте, написанном внутри гроба, рассказывается история мира, в котором демоны стали заражать людей присущим им злом. Затем провидец – какой-то священник или маг – предсказал потоп. А может, Ной увидел это во сне. Трудно сказать. Но факт в том, что он был абсолютно в этом убежден. Он построил ковчег для себя и своей обширной семьи. Они разместили здесь растения, семена и все виды животных, которые, как они думали, пригодятся для того, чтобы начать новую жизнь там, куда принесет их вода. Словом, когда наступил Потоп, они были полностью к нему готовы. Но демон по имени Шамдон прокрался каким-то образом на борт. Он убил двух сыновей и внучку Ноя, прежде чем они смогли изловить его и прикончить.

Уокер ждал. Ему казалось, что должно последовать продолжение. Затем он понял, что уже знает, чем закончилась эта история. Пока Корнелиус рассказывал, Ким и Полли пристально смотрели на священника, но теперь обе женщины взглянули на Уокера.

– Надпись в гробу… она идентифицирует демона по имени?

Отец Корнелиус кивнул.

– Шамдон.

Уокер пригладил волосы и опустил голову. Он почувствовал, как кровь застучала у него в висках.

– Вы знаете, я не верю…

Ким приблизилась и заглянула ему в глаза.

– А я думаю, веришь.

– Тело еще на месте? – спросил он, повернувшись к Полли.

– Так же завернуто. Но оно лишь шелуха. Останки никак не могут бродить здесь и совершать злодеяния.

– Согласен, – сказал отец Корнелиус. – Кадавр – это оболочка. Но демон… Я думаю, он еще здесь. Внутри ковчега… и внутри одного из нас.

– Мы сейчас говорим об одержимости? – спросил Уокер.

Взгляд священника посуровел.

– Именно так.

Ким нащупала свои перчатки и стала их надевать.

– Пойдем, Уокер. Мериам и Адам должны об этом знать. Верим мы в это или нет, но мы обязаны им рассказать.

Кровь бросилась ему в лицо. Должен ли он полностью уверовать в то, что накопал отец Корнелиус? Очевидно, что нет. Когда Полли и священник вышли в проход и Ким тут же за ними последовала, он понял, что его собственные чувства не играют здесь никакой роли. Так или иначе, но отец Корнелиус и Полли поведают Мериам о своих находках. А его дело решить – сто́ит их поддержать или нет.

Уокер торопливо вытащил собственные перчатки, затем натянул толстую шерстяную шапку. Догнал он их уже у лестницы, которая вела вниз – на второй уровень. Снег кружился на ступеньках под порывами ветра, и Уокер осознал, что шум, который он постоянно слышал, производила буря. Они прошли мимо нависшей части внешней стены пещеры, пересекли открытое пространство и подошли к лестнице на первый этаж. Зубы стучали неимоверно. Он жалел, что не оделся более тщательно. Но когда отец Корнелиус будил их, он не мог предполагать, что придется покидать жилище.

Вначале они услышали крики. Они звучали так, словно откуда-то издалека доносились ветром, отражаясь эхом от скал. Ким первая стала торопливо спускаться по лестнице. Полли попыталась взять отца Корнелиуса за руку, но он рявкнул на нее, чтобы она шла вперед и выясняла, что там за кутерьма.

Кто-то выкрикивал имя Адама, приказывая ему отойти, кто-то торопливо кричал по-турецки. Уокер устремился вслед за Полли. Держась рукой за стену, он стал перепрыгивать через две ступеньки, спускаясь вниз. Вся конструкция скрипела и содрогалась под его ботинками. Отец Корнелиус не торопился, но, каким бы старым он ни был, он не нуждался ни в чьей помощи. Он употребил слово «кутерьма», но то, что происходило на первом уровне, явно было намного серьезнее.

Раздался еще один голос – Мериам:

– Убери свои руки!

Уокер неосторожно ударился о нижнюю ступеньку. Полли и Ким бежали впереди, но он почти догнал их, и они вместе достигли места, где собрался почти весь персонал. Ругаясь, Ким стала протискиваться через толпу вперед, Полли не отставала. Люди постепенно расступались.

Сквозь образовавшийся просвет Уокер увидел Мериам, в этот момент отшатнувшуюся назад. Она погрузилась в тень, затем шагнула обратно на свет. Из носа ее лилась кровь, нижняя губа треснула.

– Не подходите слишком близко, – говорила она сотрудникам, толпившимся вокруг. – Он рехнулся.

Воинственная Полли решительно протиснулась вперед. Фейиз стоял перед Адамом, не давая ему подобраться к Мериам. Из рассеченной кожи возле глаза вытекала струйка крови.

– Прекрати, Адам, – говорил он с поднятыми руками. – Ты же не хотел этого. Ты же любишь ее.

Уокер протолкался через толпу и подошел к Ким. Кулаки его сжимались и разжимались, но здесь были и другие люди, готовые вмешаться в любую секунду.

Адам двигался быстрее, чем кто бы то ни было. Неожиданно он набросился на Фейиза и ударил с такой свирепостью, что тот сразу завалился на снег. Затем Адам сел на него и принялся избивать с отвратительным мясистым звуком. Кулак Адама уже покрылся кровью, когда сразу четверо схватили его, а один из студентов дернул за волосы. Дико зарычав и бешено вращая глазами, он рванулся вверх и схватил Полли за горло. Взмахнув рукой, она разорвала его хватку и нанесла два сильных удара в грудь со скоростью, указывавшей на плотное знакомство с боевыми искусствами. Затем Полли вывернула его запястье, пнула в мягкость подмышки и повалила с ног, ударив еще раз.